Интервью с Русланом Чинаховым

17 декабря 2009

Из всех участников чемпионата мира ты был самым титулованным, и все давно ждали от тебя победы, не было в связи с этим излишнего психологического давления?

Конечно, терзали мысли о том, что все ждут качественно хорошей игры и высокого результата. Уже после первой игры ко мне подходили абсолютно незнакомые люди и говорили: «Ты станешь чемпионом мира». Несмотря на все это, в душе я постоянно сомневался. Мне удалось показать, наверное, лучшую игру за всю свою карьеру, я допустил минимальное количество ошибок и порадовал не только себя, но и зрителей.

Как удавалось справиться с психологическим давлением?

Особого волнения не было, просто старался хорошо играть в каждом отдельно взятом матче. Да и большинство встреч складывалось так, что я довольно быстро уходил в отрыв от соперника и успешно завершал матч в свою пользу, то есть удавалось избежать лишней нервотрепки.

Какое представление ты имел о будущих соперниках перед началом турнира?

Игроков сборной Европы я знал хорошо. Кроме того, знал, что не приедут китайцы и филиппинцы. Вот, пожалуй, и все. Об общем уровне игры примерное представление тоже имел , ведь два года назад уже принимал участие в таком турнире.

То есть можно сказать, что опыт участия на чемпионате мира помог?

Помог скорее опыт участия во «взрослых» турнирах, ведь на предыдущем «детском» чемпионате мира я играл со сломанной рукой. Запоминать что-то из тех матчей даже сил не было, поскольку большую часть времени проводил в борьбе со своим недугом. А вот то, что я регулярно играю на Евротурах и «взрослых» чемпионатах Европы, конечно, сыграло очень важную роль.

Насколько уровень игры на «детском» турнире отличается от «взрослого»?

Сам по себе уровень игры мало чем отличается, ведь забивают все — и взрослые, и дети. А вот в психологическом плане «взрослые» турниры куда более показательны — гораздо большее количество матчей там проходят в очень упорной, жесткой борьбе. Сразу видно, насколько важен опыт, выносливость, психологическая устойчивость. На «детских» же турнирах гораздо чаще игроки «ломаются», проиграв несколько партий. Например, все без исключения европейцы уже становились чемпионами континента, то есть опыт выступления на крупных турнирах у них есть, за счет этого, думаю, и результаты хорошие.

Расскажи немного о том, как складывался финал?

Матч проходил очень интересно. Для меня вообще на турнире было два интересных матча, в их числе и решающий. Я в течение всей встречи уступал в счете, сначала 0:1, потом — 1:3, постоянно отставал то на одну, то на две партии. Разбой был поочередным, поэтому, когда собирал свой разбой, уступал одну партию, потом — снова две. Так и продолжалось до счета 6:7, потом у соперника ничего не упало с разбоя, я сравнял счет (7:7) и собрал свою партию «с кия». Счет стал уже 8:8, затем я повел 9:8, он ошибся на своем разбое (10:8), а заключительную партию я собрал.

Сложилось ощущение, что это был чуть ли не единственный матч, который прошел в упорной борьбе.

Был еще один — с перуанцем. Проигрывая 3:6, я в итоге выиграл 9:6, но там игра была еще интереснее. За весь матч я допустил лишь одну ошибку, но абсолютно не было разбоя. Именно поэтому я и проигрывал три партии. А когда сравнял счет, у соперника, видимо, нервишки не выдержали, он уже начал ошибаться, чего вообще до этого не делал. Я понял, что теперь все в моих руках и без колебаний закончил матч в свою пользу.

Судя по тем скудным сведениям, которые до нас доходили, организация турнира оставляла желать лучшего.

В Европе, конечно, организация гораздо лучше. Возможно, потому что Никарагуа не так часто доводится принимать турниры такого уровня. Формат турнира был изменен прямо на перед самым началом турнира. Нас собрали и объявили, что будем играть по сетке «2-1» до конца и с поочередным разбоем, хотя поначалу предполагалось, что сетка будет с выходом на «олимпийку» и серийным разбоем. Хорошо, что не до пяти побед поставили играть (смеется). Кроме того, была еще одна забавная ситуация. Изначально было объявлено, что в фойе зала во время матча нельзя общаться с тренерами, курить и т.п. Все это можно было делать только по окончании встреч. Одна из американок во время тайм-аута пошла курить, тим-лидер сборной Европы подошла по этому поводу к организаторам, но игроку так ничего и не сделали, ограничились только предупреждением. Американка сказала: «А что такого я сделала? Ведь это в фойе нельзя разговаривать и курить, а я на улицу вышла». А ведь это чемпионат мира, в Европе бы такого точно не допустили.

Как удалось так быстро акклиматизироваться?

Привык уже. За сезон уже столько налетался, что уже без разницы, какая разница во времени — шесть часов или девять. Да и прилетели мы за полтора дня до начала турнира, накануне у нас были различные экскурсии, а играть я вышел, по сути, через два дня после прилета. Этого времени оказалось достаточно. В первый день, когда к вечеру по местному времени начало клонить в сон, я перетерпел, а дальше было уже все в порядке.

Что удалось посмотреть в Никарагуа? Диких обезьян? Девушек в юбках из пальмовых листьев?

Диких обезьян и девушек в юбках из пальмовых листьев я не видел, но в первый день нас возили на отличную экскурсию. Нам показали порядка 36-ти вулканов, из которых девять — действующие, кратер, извержение которого было около трехсот лет назад, потрясающее по красоте кратерное озеро. Так что впечатлений о стране и пейзажах осталось очень много.

Как удалось подойти к турниру в такой отличной форме?

Не могу сказать, что как-то специально не готовился, может, просто чуть больше времени у стола проводил. Так удачно сложилось, что к турниру подошел на пике формы. Специально мыслей о том, что к чемпионату мира нужно подойти в какой-то особенной форме не было.

Удалось пообщаться с бельгийкой Камиллой Ходжаевой? Есть мнение, что по уровню она — вторая Ясмин Оушан.

Общаемся мы хорошо, ведь она тоже говорит по-русски, а вот по поводу игры пока говорить тяжело — она слишком молодая. Пока психология берет верх, то есть забивает шары она хорошо, но на игре и итоговом результате сильно сказывается волнение. В 13-15 лет это абсолютно нормально, думаю, чем взрослее она будет, тем ниже будет значение этого фактора, тогда и можно будет сказать, насколько она хороший игрок.

Известно, что европейская тусовка игроков довольно замкнута? Как с этим обстоят дела у молодых игроков? У тебя много друзей?

Да, все отлично дружат между собой. На турнире почти всегда везде вместе ходили, были как одна большая семья. Помимо турниров общаюсь большим количеством игроков, всех и не упомнишь. Для этого сейчас есть много разных способов — тот же Facebook.

Есть желание вести блог?

Нет, считаю, что для этого я еще слишком «маленькая рыбка», да и посвящать всех в свою жизнь, неважно бильярдную или личную, не хочется. То, что должно быть известно о моей жизни, известно и так, а личная жизнь должна оставаться личной.

Кто, на твой взгляд, сильнейшие игроки Европы?

Ральф Суке, Нильс Файен. Иммонен? Не назвал бы его европейцем, игру его видел лишь однажды на чемпионате Европы, а к европейцам отношу все-таки игроков, которые принимают участие в Евротурах. Третьего затрудняюсь назвать, есть целая группа игроков примерно одинакового уровня — ван ден Берг, Маджид, Грэй. Мне очень нравится манера игры Файена, очень энергичная, полная харизмы, чем он и привлекает зрителей. У Суке же очень правильный стиль игры, выверенный, он — тактик.

С кем из европейских игроков тяжелее всего было играть?

Со всеми тяжело играть, редко удается добиться разгромной победы. Просто с кем-то у тебя получается лучше, потому что ты сам в хорошей форме. Если, например, один матч выиграл со счетом 9:3, а другой — 9:6, нельзя сказать, что первый был проще второго. С сильными игроками всегда тяжело, хотя бы даже подсознательно.

А есть матч, который запомнился больше других?

Когда впервые на Евротуре выиграл у Ральфа Суке. Это был мой второй Евротур, опыта игры с сильными соперниками у меня не было, наверное, поэтому помню эту победу до сих пор.

Когда играешь на высоком уровне, какие факторы играют решающую роль?

В первую очередь, конечно, важна подготовка, и форма, в которой находится игрок. Но и психология занимает не последнее место. Волнение присуще абсолютно всем, даже Ральфу Суке, поэтому, если тебе удается с ним справиться — ты выигрываешь, не удается — едешь домой, ну и удача, разумеется, тоже не помешает.

Почему не сложилось уже третье подряд выступление с Константином Степановым на World Cup of Pool?

Много всяких факторов. Так получилось, что ни на одном из турниров мы не были в своей лучшей форме. То он не очень удачно играл, то я. На последнем, например, я играл очень плохо, допускал много ошибок, а Костя, наоборот, тянул за собой команду. Возможно, это было связано с тем, что турнир проходил всего через две недели после моей победы на чемпионате Европы, то есть эмоциями я весь еще был там, в Германии. Кроме того, мы практически не тренировались вместе. Это была Костина инициатива, по своему опыту игры на Mosconi Cup он был уверен, что достаточно просто играть вместе, как у них это было с Файеном. На мой взгляд, именно сыгранности и взаимопонимания, я не был до конца уверен в нем, он — во мне. Возможно, дополнительное влияние имело и то, что к моменту турнира я чуть больше устал, ведь помимо взрослых турниров, играл еще и в детских.

Почему первое вступление на Мастерс получилось неудачным?

Ощущение были, как будто я впервые пришел в школу. Никого и ничего не знаешь, хоть там и были знакомые люди, обстановка совершенно иная. Меня трясло, как при самой сильной турбулентности. Суке, конечно, очень сильный соперник, играл просто блестяще, но и сказать, что я сыграл плохо, не могу. Ошибся лишь однажды, да и то, можно сказать, что это и не ошибка была вовсе — после отыгрыша шар встал так, что его видно было ровно на те два миллиметра, которые позволяли его забить. Тот единственный шанс, который мне дали, я использовал — собрал партию «с кия», но потом с разбоя ничего не упало. Проиграв 8:1, не успел ни расстроиться, ни обрадоваться, что нахожусь в столь чудесной атмосфере.

Ты же первый раз был в Америке. Нет теперь желания съездить на Derby или U.S. Open?

Конечно, есть. Ни разу не был на этих турнирах, но говорят, что туда съезжаются все сильнейшие игроки мира.

На что сейчас чаще всего обращаешь внимание на тренировках?

В большей степени на психологию. Со стороны сложно выделить свои слабые места. Мне кажется, что это отыгрыш и тактика, шары-то я вроде бы забиваю не плохо.

А есть понимание, что нужно, чтобы прибавить в этом компоненте?

Когда находишься в хорошей форме, довольно просто справляться с волнением, возникающим от внешних факторов, например, когда вокруг много зрителей. Но бывает и волнение от неуверенности в себе, от того что ты в плохой форме. Это уже намного сложнее. Когда ты боишься ошибиться, не выполнить какой-то удар, который не получался на тренировке. Это очень мешает подсознательно, и всплывает именно в игре.

Ты достиг уже очень многого. Откуда берешь мотивацию?

Не могу сказать, что многого достиг. Давно уже играю на взрослых турнирах, а там не покорял еще ни одной вершины. Да, может пропасть мотивация играть и чего-то добиваться в «детских турнирах», но на взрослых, хоть я и взял серебро чемпионата Европы и бронзу Евротура, по-настоящему я еще ничего не добился. Поэтому, чтобы потерять мотивацию, должен как минимум заболеть звездной болезнью, причем серьезно. А мне это точно уже не грозит.

В первом интервью в 2006м году ты говорил, что твоя любимая игра — «девятка», что-то поменялось?

Надо же, а я всегда считал, что моя любимая игра — «стрейт». На самом деле, я люблю пул вообще, мне многие игры нравятся — и «восьмерка», и «десятка». Просто люблю играть, шарики забивать.

Сейчас «девятка» стала довольно предсказуемой игрой, возможно, имеет смысл переключиться на «десятку»?

К этому все и идет, чемпионатов мира по «девятке» не было уже два года, а по «десятке» проводятся. Мне кажется, это правильно, хоть «девятка» всегда и была самой ходовой игрой, «десятка» не менее зрелищная, не менее динамичная, а для игроков гораздо более интересная. Фактор везения сведен к минимуму, ведь игра заказная, а значит, случайных ударов нет. Сделав отыгрыш, можешь быть уверен процентов на 80, что следующий удар будешь делать ты, а у соперника не упадет «дурак» в «контровой» партии. Да и разбой менее предсказуемым, поэтому «с кия» собирают меньше партий, а тактической борьбы — гораздо больше. Сама игра, таким образом, приобретает интригу, становится более интеллектуальной. Если в «девятке» иногда достаточно всего одного сложного удара, то в «десятке» их нужно сделать как минимум два, а то и больше.

А смотреть что больше нравится?

Без разницы, если играют сильные бильярдисты, смотреть интересно всегда. Есть возможность что-то подсмотреть и примерить на себя.

И кто тебя учит?

В основном, моя голова. Удар запоминаешь сам по себе, неважно, кто его выполняет — Суке, Файен или Степанов. Стараешься анализировать, сравниваешь с тем, как поступаешь обычно сам, что можешь изменить. Если тебе этот удар подходит, принимаешь на заметку, так и получается вносить разнообразие в свою игру.

Насколько щепетильно относишься к оборудованию? Насколько любишь с ним экспериментировать или Bear c 314-м шафтом тебя вполне устраивают?

Вполне устраивает, я настолько привык, что без особой нужды у меня нет никакого желания что-то менять. Да и зачем экспериментировать, если этим шафтом я могу сделать все, что мне нужно, ведь может стать только хуже.

Твой график на следующий год полностью расписан?

Да, как минимум до марта постоянно в разъездах, да и потом, думаю, тоже.

Что за столы на чемпионате мира?

Не знаю точно чьего производства столы, но очень похожие на третий и седьмой стол в малом зале «Империи», в целом они мне понравились — довольно быстрые. В самом игровом зале было очень жарко и влажно, слава богу, что работали кондиционеры. Но, честно говоря, я в этом плане не особо притязательный, ведь все в равных условиях. Всегда что-то нравится, а что-то — нет, но никогда не делаю из этого трагедию и очень быстро адаптируюсь к новым условиям.

Нужна ли игроку помощь психолога? Может быть, нужен штатный психолог в команде?

Думаю, в команде должен быть человек, который может грамотно что-то подсказать, настроить. Настрой внутренний должен быть, разумеется, до турнира, но иногда помощь нужна и во время — какое-то важное слово, совет. В нашей команде есть Лев Николаевич, который всегда может подсказать, видит ситуацию со стороны не как игрок, а именно как психолог.

Как тебе снукер? Какие воспоминания остались от встречи с Марком Селби в рамках этапа World Series of Snooker, который проходил в Москве?

Хорошие воспоминания остались. Мне очень хотелось выиграть хотя бы один фрейм, и я с этой задачей справился. Поиграл за одним столом с одним из сильнейших снукеристов мира, получить удовольствие. Именно за этим я туда и приехал, надеяться, что я могу выиграть, было довольно глупо, ведь, по сути, я не знаю, что такое снукер.

Каковы сейчас твои максимальные серии?

«Стрейт» — 154 очка, «девятка» — семь «с кия», «восьмерка» — тоже семь «с кия», а в снукере максимальная серия — 117 очков.

Спасибо за интревью, Руслан. Еще раз поздравляем тебя с победой, желаем тебе успехов и неиссякаемой мотивации. И главное, будь здоров!

Интервью

Статьи о игроках

Школа

Исторические артефакты

Авторы